... а мышка верит в мышку и совершенно не верит в кошку (с)
По ясному безоблачному небу весело летали наперегонки Котёнок и Суслик.
Потом они сидели на ветке высокого дерева, растущего на окраине города. Внизу виднелись полуразрушенные дома.
– А знаешь, Суслик, – сказал Котёнок, – я ведь раньше никогда не летал при дневном свете. Мама учила меня летать ночью, ловить мелких ночных птиц и летающих мышей. Хорошо, что мы с тобой подружились! Так классно, что ты уговорил меня полетать днём! Котёнок поднял вверх передние лапки, слегка помахивая ими, облетел вокруг дерева и вернулся на ветку. Между телом и передними лапками Котёнка выгибались под давлением ветра широкие перепонки. Перепонки поуже были между телом и задними лапками.
Суслик помолчал и грустно сказал: Тебе хорошо, ты летаешь вместе с мамой. А моя мама не умеет летать. У неё уши побольше, чем у бабушки, но всё же у них недостаточно широкий размах. Она прыгает, но взлететь не может. Конечно, наша еда – на земле. Но когда я рассказываю маме о моих полётах, ей тоже хочется летать! Суслик тоже облетел вокруг дерева, планируя в воздухе растопыренными лапками (без перепонок), размахивая большими, как у чебурашки, ушами и руля хвостиком.
– Ну вот видишь, – воскликнул Котёнок, – ты летаешь для собственного удовольствия, а мы – за едой. Перепонки есть и у моей мамы, и у бабушки. Бабушка рассказывала мне, а бабушке рассказывала её бабушка, что когда-то давно мы, коты, не должны были сами добывать себе пропитание. Здесь раньше жили странные двуногие существа, человеки, которые с радостью служили нам, котам. Человеки заботились о нас, кормили, ухаживали за нами, а мы в благодарность помогали им своей интуицией и лечили от разных болезней – это не так сложно, надо было только улечься человеку на больное место и забирать отрицательную энергию, рассеивая её в пространство.
А потом человеки однажды ушли и не вернулись. Первое время мы ловили мышей. Когда с нами жили человеки, мы только иногда ловили мышей и прыгали за птицами. А теперь пришлось. Потом и мыши ушли из домов куда-то в поля, а некоторые научились летать. Пришлось летать и нам.
– Не грусти, Котёнок, – сказал Суслик, – давай ещё полетаем!
И они опять помчались по небу наперегонки.
Небо над Чернобылем было безоблачным и ясным.
Потом они сидели на ветке высокого дерева, растущего на окраине города. Внизу виднелись полуразрушенные дома.
– А знаешь, Суслик, – сказал Котёнок, – я ведь раньше никогда не летал при дневном свете. Мама учила меня летать ночью, ловить мелких ночных птиц и летающих мышей. Хорошо, что мы с тобой подружились! Так классно, что ты уговорил меня полетать днём! Котёнок поднял вверх передние лапки, слегка помахивая ими, облетел вокруг дерева и вернулся на ветку. Между телом и передними лапками Котёнка выгибались под давлением ветра широкие перепонки. Перепонки поуже были между телом и задними лапками.
Суслик помолчал и грустно сказал: Тебе хорошо, ты летаешь вместе с мамой. А моя мама не умеет летать. У неё уши побольше, чем у бабушки, но всё же у них недостаточно широкий размах. Она прыгает, но взлететь не может. Конечно, наша еда – на земле. Но когда я рассказываю маме о моих полётах, ей тоже хочется летать! Суслик тоже облетел вокруг дерева, планируя в воздухе растопыренными лапками (без перепонок), размахивая большими, как у чебурашки, ушами и руля хвостиком.
– Ну вот видишь, – воскликнул Котёнок, – ты летаешь для собственного удовольствия, а мы – за едой. Перепонки есть и у моей мамы, и у бабушки. Бабушка рассказывала мне, а бабушке рассказывала её бабушка, что когда-то давно мы, коты, не должны были сами добывать себе пропитание. Здесь раньше жили странные двуногие существа, человеки, которые с радостью служили нам, котам. Человеки заботились о нас, кормили, ухаживали за нами, а мы в благодарность помогали им своей интуицией и лечили от разных болезней – это не так сложно, надо было только улечься человеку на больное место и забирать отрицательную энергию, рассеивая её в пространство.
А потом человеки однажды ушли и не вернулись. Первое время мы ловили мышей. Когда с нами жили человеки, мы только иногда ловили мышей и прыгали за птицами. А теперь пришлось. Потом и мыши ушли из домов куда-то в поля, а некоторые научились летать. Пришлось летать и нам.
– Не грусти, Котёнок, – сказал Суслик, – давай ещё полетаем!
И они опять помчались по небу наперегонки.
Небо над Чернобылем было безоблачным и ясным.